chs_65 (chs_65) wrote,
chs_65
chs_65

Categories:

Дорогие захребетники

Обойти эту самую заметную часть экипировки, конечно, невозможно. Правда, из-за своей тряпичности, они редко живут долго, а меняются быстро, поэтому картинок, видимо будет немного.
Доисторическое время.
Первый рюкзак мне купили в начале школы. Кажется, это был первый класс. Дерматиновый клетчатый рюкзачок купили на первом этаже Детского Мира вместе с новыми лыжами и жесткими креплениями. И рюк, и лыжи прожили со мной довольно долго, хотя и чинились не раз, но вполне оправдывали свое наличие. С рюкзаком мы успели даже пару раз прокатиться в однодневные геологические походы. Сменивший его брезентовый «Артек» (кажется) был сущим недоразумением. Тонкий материал, полукольца на лямках два мелких кармашка на ломких ремешках - классическая «альпийская» схема, доведенная до маразма.
С колобками по свету.
В 1980 году начались наши более-менее самостоятельные походы. Пару первых я проходил с «Пионером»- уплощенным рюкзаком, с двумя ремешками на клапане и одним карманом с такой же парой ремешков. Т.е. при желании, можно застегнуть клапан рюкзака на пряжки кармана, чтобы уменьшить высоту и объем поклажи. Главное достоинство этого изделия был кондовый брезент. Именно поэтому он дожил до нового века, хотя уже и в качестве упаковки для корзины под грибы.
Однако такого объема не хватало, и возник вопрос, что надо бы «чувал» (хотя само слово пришло позже, когда народ стал общаться с другими группами) больше. Дома к этому моменту был более крупный рюкзак «Памирский» со средней шнуровкой и двумя затяжными карманами. Теперь, много лет спустя, я начинаю догадываться, чем он мне так приглянулся, а тогда это чудо из спортторга просто не давало покоя. Он и стал основным моим наездником.
Лето 1982. Наличие шнуровки настоятельно требовало использовать ее для увеличения жесткости конструкции - затягивать сложенный рюкзак. Но первая же попытка затянуть рюкзак шнуром привели к отрыву люверса на затяжке. Жалко… Чего ж сделать? Пришлось нашить петли из шнура, дублируя и уплотняя линию люверсов. В таком виде рюкзак даже удалось затянуть, но уже на первых километрах марша, груз сполз вниз, и образовался «курдюк». На первой же стоянке изменил шнуровку, закрепив ее узелками. В результате объем оказался зафиксирован и почти не изменялся. Широкий клапан рюкзака с прочными вертикальными ремнями позволял складывать под него дополнительные вещи типа телогрейки или свернутой палатки. Очень хотелось разместить под ним и всякую мелочь, и с помощью матушки на внутренней стороне клапана был создан карман из старой джинсовки. Он занимал всю площадь клапана, и положить в него можно было изрядно.
Тем летом мы вдвоем приехали в Ступино. Несмотря на дождь, мы довольно удачно поставились и двое суток шарились по окрестностям. За это время перепугали 3 отряда пионеров, изображающих спортивное ориентирование; сами слегка перепугались, когда на нас вышел лось; прочесали окрестные ручьи на предмет красивых кремней и халцедонов. Улов оказался довольно скромным. Упаковывать образцы в глубину рюкзака не стали, надеялись на следующую удачу, но опять начал накрапывать дождик, и мы решили быстро сбежать. Чтоб уж совсем не было обидно, я прихватил пару наиболее симпатичных кусков каждый сантиметров по 20-25. Место для них нашлось в том самом джинсовом кармане на клапане. Такое размещение очень хорошо распределило дополнительную массу на плечи, и даже истертые накладки на плечевых ремнях вполне прилично позволили нести рюкзак по всей этой пересеченке. Дошли до автобуса, погрузились в электричку. Мест в салоне не оказалось, и мы остались в тамбуре. Ну и хорошо: спокойно доедим кильку в томате. А то как-то неудобно банку топором вскрывать на глазах людей. Доели рыбку, допили прихваченный чай, стоим, беседуем. Прибегают молодые девчата: «А можно мы на рюкзаки ваши сядем?» Да на здоровье, и барышня плюхается на мои образцы в клапане рюкзака. Если кто не знает, кремень при колке дает довольно острые углы, они то и встретили мягкие части тела нашей спутницы. Вот это был визг!
Станочная эпоха: «Только честным трудом можно попасть в семью горбатых»
В 1982-83 гг многие из моих друзей начали заниматься спелеологией. И, поскольку им приходилось затаскивать снаряжение в узкие «шклевотины», главным транспортным элементом таких экспедиций стал «транспортный мешок». Он же «транс», он же «сепулька» (последнее название найдено позже в книге В.Мальцева «Пещера мечты. Пещера судьбы», и в нашей среде не использовалось). Для переноски снаряжения при заброске на паршрут использовались рамы, похожие на охотничьи «поняги». Да и без трансов, такая спинка давала возможность УДОБНО носить рюкзак со значительным весом. Кто-то покупал станковые рюкзаки типа Ермак, Турист, более редкие Сенеж или польский рюкзак, чьего названия я так и не узнал. Все они стоили целое состояние – больше 25 рублей. Поэтому очень многие в меру своей финансовой и технологической смекалки пытались создать их аналоги в кустарных условиях. Пределом мечтаний был станок, сваренный из титановых трубок. Увы, добыть или заказать такое чудо могли очень немногие. Ну не варить же его из арматуры! Поэтому, самым распространенным материалом стали дюралевые трубы от каркаса раскладушки. Благо, до эпохи поголовного сбора цвет-мета было еще далеко, и на помойках такое добро встречалось регулярно.
stupino-may 1984
Хотя серьезной спелеологией я так и не занялся, в 1983 году решил сделать себе такое чудо. Ценой 3 сломанных полотен ножовки (не удобно пилить на балконе без возможности закрепить трубу) и целого дня потраченного времени, удалось получить из рамы все исходные материалы: 2 стойки-дуги, 2 полуполки, 2 поперечены, 2 отпора, и кучку железных укосин которыми все это добро крепилось между собой. Еще день ушел на сборку и «облагораживание» ПХВ-шной изоляцией этого произведения. С учетом, что соединения были на болтах М6 (в соседних школах меняли парты), а лямки представляли собой 5 сантиметровый капроновый ремень-чулок (с авиационной свалки), на таком сооружении можно было таскать килограммов 100, не опасаясь, что оно развалится. Емкостью для вещей послужил все тот же рюкзак «Памирский». Что ж, в путь!
8 марта 1984 года. Мои новые приятели по геологическому факультету решили отметить начало сезона вольным выездом. Из-за учебных дел я задержался, мы втроем со старыми подругами пошли догонять основную группу в Парамоновский овраг. Места те я себе еще не представлял. На нас троих была и палатка - польская «Варта», кажется 4-х местная. Хотя хозяйкой ее была одна из моих спутниц, как джентльмен я повесил этот тюк (по словам хозяйки 6 кг) на раму выше рюкзака. За счет станка нести, казалось бы, не стало труднее… пока дорога не оказалась покрыта льдом, раскатанным колесами автомобилей. Вот здесь я почувствовал прелесть высокого центра тяжести груза. Разъезжающиеся ноги в старых тур-ботинках приходилось переставлять исключительно аккуратно, а спину с рюкзаком держать очень прямо. Как мы дотопали до Парамонова, уже не помню, но мы оказались там. Нашей следующей задачкой стало перейти речку Волгушу. Из-за течения лед уже почти сошел, но вдоль разрушенной саночной трассы шел маленький деревянный мостик. И этого бы достаточно, но между мостиком и берегом зияет щель. Вроде и не широкая, но не перешагнешь, надо прыгать. Решено, переложил фонарь в левую руку и прыгнул. Удачно, хотя настил мостика и покрыт льдом, я успел схватиться за поручень, и устоял на ногах. Полдела сделано. Еще бы сойти аккуратно. И зазор не больше, вот только схватиться там будет не за что. Прыгаю, приземляюсь и получаю подзатыльник от догнавшей меня палатки. Спотыкаюсь и зарываюсь в снег руками, головой и рамой рюкзака. Глубина снега по локоть – не отфыркаться, не вздохнуть. А рама уперлась впереди и даже падать не хочет. А я на дороге еще и подпоясался, чтоб рюкзак не болтало. Короче: минут пять гимнастических упражнений потребовалось только чтоб упасть набок и развязать поясник. Тут и барышни мои подтянулись. Вылезаю из сугроба, роюсь в снегу. Ну конечно, фонарь не работает - сгорела лампочка. Места эти я не знаю, и нам приходится ломиться в темноте без дороги на довольно крутой борт долины по снегу почти до пояса. Через полчаса находим ровную площадку, и решаем остаться тут. И здесь, метрах в 200 от нас, слышен треск падающего дерева и стук топора. Оказывается, мы чуть-чуть не дошли до заветного лагеря.
1 мая 1984г. Про эту поездку я уже писал, она была во многом шедевральна. Итак, сразу после занятий в Университете я поехал в район города Верея. Электричка до Тучкова, потом автобус до Вереи. И вот, в начинающихся сумерках я выхожу на площадь. Где могут быть мои коллеги? Вероятно в лесу. Подхожу к бабушкам на лавочке: «Ой, милок, да тут кругом лес!» Весело. Иду, куда глаза глядят. Темнеет. Ладно, встанем, где придется. Только бы воды набрать. Где вода? Правильно, внизу. Начинаю спуск. Сначала было ровно, потом пошли колдобины, а там и под ногами какие-то препятствия. Включаю фонарь. Ба, да это я на кладбище зашел! Приходится лавировать между холмиков и тут меня ловят за рюкзак. Нет, я не суеверный, но перепугался. Начинаю оглядываться и понимаю: сук большого дерева (кажется, дуб) попал под дугу станка, и рюкзак на нем повис. Успокоил дыхание, слез с сучка и пошел спускаться вниз к Протве за водой и новыми приключениями.
Июль 1984г. С той же детской группой, что и на Протве, мы едем «на севера». Карелия, потом Хибины. Ах, какие места! А образцы! Отстегнул от станка маленький рюкзак «Артек», и мы пошли за перевал. Астрофиллитовый ручей оправдал свое название: образцов куча. Однако, пора возвращаться. Забрасываю рюкзак на спину и слышу грустное «Тр-р-рык!». Одна лямка вырвана с мясом. Дальше спускаюсь очень аккуратно, но поскальзываюсь на нижней осыпи, и отрывается вторая лямка рюкзака. Оставшуюся дорогу до базы несу его в объятиях. А на утро даже дышать мог едва-едва: застудил ребра.
Сделано еще несколько маршрутов по Хибинам. Образцы отсортированы и упакованы в пострадавший «Артек». Пора возвращаться в Москву, у нас еще должна быть геодезическая практика. Вхожу в свой плацкартный вагон. Мое место боковое. Из-за низкой платформы залезать пришлось с трудом. Вдвинул рюкзак до стенки, перевожу дух: вот поедем, тогда и рюкзак наверх заброшу. Мимо носится толстенький мужичок. У него куча сумок и станок рядом с проходом явно мешает. Видимо, глядя на мою красную и потную физиомордию, он даже не ругается, а предлагает, мол, давай я твой рюкзак заброшу. Да, конечно, если не сложно… Мужик хватается за раму, пытается поднять сооружение, тоже краснеет, и отходит, приговаривая: «Да, ладно, пусть стоит»… Еще через пару минут поезд трогается, а я вспоминаю, как надо дышать, и забрасываю по отдельности основной станок а потом маленький, но забитый камнями «Артек».
Хорошего, но не до слез!
Январь 1985г. Избыток прочности и веса моего самодельного станка и его убогий «дизайн» требовали замены. Вот тут-то на работе у отца началось всеобщее рюкзакостроение. В результате у меня появился очень симпатичненький вареный станочек из трубки миллиметров 12-15. Пройдя несколько подмосковных маршрутов, я с ним поехал на Кольский полуостров. Ловозерский и Хибинский маршруты пройдены, следующий наш объект - Ковдорское месторождение. Пересаживаемся в Кандалакше на местный поезд. Я хватаю свое чудо за раму и она складывается. То ли -30°С ее сделали хрупкой, то ли изначально трубки оказались тонки - не ясно, но факт - домой я вернулся без станка. Хорошо, что от «Памирского» лямки не спорол, когда на раму пристегивал.
«Словно крылья, реют грабли на спине»…
К этому моменту раскладушечный станок уже давно ушел на помойку, а к удобству прямохождения я привык. Около полугода я пытался приучиться к бескаркасникам - тщетно. И поэтому, при первой возможности я пошел покупать новый станковый рюкзак. Выбор в то время был не велик: Ермак, Турист, и Сенеж. Теоретически, продавался еще какой-то импортный станковый рюкзак с полкой, но найти его по магазинам так и не удалось. Самая толстая рама да к тому же не сварная, а на винтах была у Сенежа, вот на нем я и остановил выбор.
Уже при первом знакомстве стали понятны больные места этой конструкции: кармашки, надеваемые на верхние «рога» рамы. Они порвались буквально через пару месяцев, и всё время нашего сосуществования, мне приходилось их латать. Вторая странная деталь - кольцо для крепления лямок внизу. По всей видимости, его конструкцию «упростили» для удешевления и смысл в нем пропал. При первой же боковой нагрузка кольцо разгибалось и выскакивало. Ну да это ерунда, т.к. самих ремешков вполне хватило закрепиться за раму. Кроме того, из емкости было выпорото внутреннее дно, а сверху нашит тубус и еще один фронтальный карман, что заметно увеличило полезный объем. Ходить стало совсем замечательно, когда был приспособлен поясной ремень. Правда, однажды из-за того, что карабин поясника провалился в щель скамейки, я чуть не опоздал на электричку, и мне пришлось обрезать стропу ножом из-за голенища. А с появлением «пены» на бока рюкзака добавились ремешки от армейского сидора. А когда потребовался рюкзак для жены, мы завели второго Сенежа, на этот раз желтого.
Лето 1992г. Жена месяц как укатила на практику в центральный Казахстан. Я только перешел работать в геологический музей. Сижу в подсобке. Стук в дверь, на пороге моё негативное (выгоревшие волосы и обгоревшее чуть не до черноты лицо) Солнышко. Обнимашки, целовашки, а рюкзак то где? «Да я его на входе бросила!» Упрут же! «Не, такой не упрут!» Спускаюсь на вход, и, правда, стоит рыжий у столбика. Пытаюсь надеть его на себя, и понимаю – тяжело килограмм 30, наверное. А жена делится воспоминаниями: «Мне мужик предложил помочь рюкзак надеть. Приподнял, глаза выпучил, и спрашивает, мол, что у вас там, камни? А я честно киваю - ага, они самые». Сенежи проходили с нами где то до середины 90-х.
ЗЫ: после долгого перерыва уже в 21 веке завел себе такого же "зверька"
IMG_9380.JPG
Эпоха Зеленых Бегемотов
При всей удобности Сенежа, его объема постоянно не хватало. Внешняя навеска помогала, но не достаточно. Да и роль рамы на себя взял пенковый коврик. А тем временем по стране широким фронтом пошло предпринимательство. На рынке появилось великое множество самых разных рюкзаков. Первый серийный анатомик, кажется, Алтай. При объеме в 100 л загрузить его можно было до ужасающего веса. Но, как человеку барахольному, наличие только одного вертикального кармана мне не нравилось. Периодически я бегал с драным Сенежем, перевешенным на титановый станок, но что он уже отжил свое, было понятно. И здесь мои друзья подарили мне Бегемота.

Мы так прозвали этот новотуровский рюкзак, за лейбл фирмы. С учетом того, что он был того же изумрудно-зеленого цвета и имел такие же фронтальные карманы, смотрелся рюкзак близкой родней любимого Сенежа. Чуть позже и жене подкупили анатомик зелено-камуфляжной расцветки фирмы Синез. Рюкзаки дома стояли не разобранные у стенки в нашей комнате где часто играла наша дочь. В результате чего, разбирая рюкзак на Хибинах обнаружили на дне дочкину игрушку - плюшевую мышь.
Сложно сказать, когда мы с ними расстались, должно быть году к 2003-2005. Но про нынешние (на этот раз синие) Каприкорн и Ред-фокс, почему-то ничего не сочиняется. Интересно, это мы изменились, или рюкзаки?
Tags: тур-снаряжение мемуары байки из рюкзака
Subscribe

  • Ладога-2019. часть 2

    16.08.19, пятница. Залив Теппананлахти 8-00 поднялись, 12-00 вышли на маршрут. Но тут-то нас и прижало волной. Вообще то, прибойчик на восточном…

  • Ладога 2019. часть 1

    Ладога 2019 Ладога 2019 «Куда вы меня тащите, клоуны?!» Волька-собака… Импилахти - Сортавала. 10-25 августа 2019 г…

  • Ладога- 2018. вроде, окончание

    16 августа, четверг(ок. 17 км) Жалко уходить, но пора. С утра начали собираться. Праздничную картошку с тушенкой вчера так толком и не поели…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments